Когда они немного отошли, англичанин неожиданно сказал:

— Плохой спортсмэн.

— Кто? — спросил я.

— Эти люди, — он кивнул в сторону лодки. Это был довольно странный вывод, учитывая, что поющие рассчитывали на артистический, а не на спортивный успех. Англичанин поставил свою сумку и руками показал, как плохо и неравномерно греб парень, что сидел на веслах.

— У вас мало спортсмэн, — сказал он несколько удивленно.

— У нас много спортсменов, — ответил я на всякий случай

— Я наш санаторий наблюдайт — мало спортсмэн, — повторил он, удивляясь, что мы не используем своих широких спортивных возможностей.

— Ты ему скажи, какой я мяч взял, — вполголоса подсказал Анзор. Он сидел на корточках, все еще придерживая лодку.

Но тут жена англичанина что-то сказала мужу. Мне кажется, она обратила его внимание на Анзора. Англичанин приподнял свою тяжелую сумку и неожиданно без всякого предупреждения спрыгнул вместе с нею в лодку. Удар был такой сильный, что мне показалось — лодка разваливается. Каким-то чудом моя довольно-таки ветхая лодка все-таки выдержала, сильно покачнулась и, вырвавшись из рук Анзора, отошла от причала. Мне показалось, что в этом прыжке проявилась вся англосаксонская решительность. Я поймал весла и выровнял лодку.

— Смотри, чтоб не утонули, — сказал Анзор.

— Теперь не бойся, — ответил я и сел на весла.

— В-15 не знаешь, где достать? — спросил он. Анзор любил задавать неожиданные вопросы.

— А что это? — спросил я.

— Редкий витамин, — сказал он и, немного подумав, добавил: — Схожу в аптекоуправление, часа через два буду здесь…

Я кивнул ему и стал грести к ближайшему ставнику. Я решил, что мы с него начнем, потому что не знал, с чего начинать, а во всяком деле хочется иметь какую-то точку, с которой можно было бы вести отсчет.